Частное Предприятие «Научно-Производственная Фирма «Мой Дом»
   Украина, г. Запорожье;      Zaporozhye, Ukraine.
   Адрес для корреспонденций: 69032, ул. Верхняя. д. 10, кв. 29.
   Тел / tel: +38 (061) 220-1-555;      Факс / fax: +38 (0612) 32-54-84.
   Электронная почта / E-mail: mail@moidom.zp.ua      Веб-адрес / Web: www.moidom.zp.ua
Вы находитесь здесь: ГалереяГлава 1 | Глава 2 | Глава 3 | Егоров Ю.П. - Книга "Философия архитектуры" - Книга 1 - Глава 4 | Глава 5 | Глава 6| Глава 7| Глава 8| Глава 9| Глава 10





СОДЕРЖАНИЕ:

ПРОЛОГ ОТ АВТОРА - О ЖИЗНИ, И О ЗОДЧЕСТВЕ

1. ИКТИН ИЗ АФИН
(рассказ о зодчем Иктине)

2. ЗОРЯН И БУНЯ
(рассказ о зодчих Русского Севера)

3. ПРОФЕССОР ЗАРУБЕЖНЫХ АКАДЕМИЙ
(рассказ о зодчем В.И. Баженове)

4. РАСКРЕПОЩЕННЫЙ ЗОДЧИЙ
(рассказ о зодчем А.Н. Воронихине)

5. РУССКИЙ ФРАНЦУЗ
(рассказ о зодчем О. Монферране)

6. ПУЛЯ-ДУРА
(рассказ о зодчем А. Сант'Элиа)

7. ЦВЕТНЫЕ СНЫ КОРБЮ
(рассказ о зодчем Лe Корбюзье)

8. НЕНАПИСАННАЯ АВТОБИОГРАФИЯ
(рассказ о зодчем И. Леонидове)

9. ПЕРВЫЙ В АЛФАВИТЕ И АРХИТЕКТУРЕ
(рассказ о зодчем А. Аалто)

10. АРХИТЕКТОР-СКУЛЬПТОР
(рассказ о зодчем Э. Сааринене)




РАСКРЕПОЩЕННЫЙ ЗОДЧИЙ

Мы молоды. У каждого из нас -
Всего по двести поколений предков.
И мы двухсотая на древе жизни ветка,
А дереву ещё куститься да расти.
Весной на радость всем цвести,
А осенью – плодами наливаться.
Архитектура – тоже дерево из камня,
Которое ростком произрастает
Почти из ничего, мечтая,
Стать прочным, нужным и красивым,
Солидным, строгим и игривым.
А к осени плодом налиться красным,
И это чисто и прекрасно…
И будет вечно так, всегда!



   ЕГО могли продать, но не продали. Не продали, а «подарили» - граф А.С. Строганов подарил России и всему миру замечательного архитектора высокого классицизма. Его имя - Андрей Никифорович Воронихин.
Такое непонятное читателям начало объясняется тем, что А.Н. Воронихин родился крепостным в 1759 году.
Многие государства уже к XV веку успели позабыть о крепостной зависимости, в то время как в России еще в XVIII веке Екатерина II щедро раздаривала дворянам земли в Поволжье, на Урале и на Юге вместе с крепостными крестьянами. В собственность помещиков ею было пожаловано в короткий период времени 800 тысяч государственных крестьян. Манифест «О вольности дворянской» 1762 года разрешал дворянам проходить воинскую службу, не выходя из поместий. А в 1785 году царица пошла еще дальше - выдала дворянам грамоту, которая расширяла их экономические и политические права, закрепляла право собственности не только на землю, но и на крепостных крестьян.
В одном из поместий, удаленном от столицы России, в пермской вотчине А.С. Строганова родился ничем сначала не примечательный Андрюша. Возможно, он бы и вырос в ничем не примечательного Андрея, но... Еще в раннем детстве Андрюша проявил страсть и способности к рисованию, которые не мог не заметить его хозяин и отец - граф Строганов. Эта страсть к рисованию была не только поощрена и одобрена, но и превращена в систему профессионального обучения. Юноша был «вырван» из предуральской среды и определен на обучение перспективной живописи и архитектуре в Москву к В.И. Баженову и М.Ф. Казакову.
Из предыдущего повествования мы знаем, что талантливый зодчий, профессор многих зарубежных Академий искусств Баженов был сторонник обучения молодых людей, у которых уже «прорезался» талант к архитектуре и рисунку. По этому вопросу у него были коренные разногласия с И.И. Бецким и его сторонниками, которые доказывали Екатерине, что в Академию нужно принимать детей «со дня их рождения», по их родовому признаку.
Поэтому и учителю - Василию Ивановичу Баженову - и его ученику работалось легко и радостно, как единомышленникам.
Нам известно также, что В.И. Баженов - сын дьячка - обучался архитектурной профессии в Академии художеств и закреплял знания за рубежом.

   А крепостной А.Н. Воронихин, не принятый аристократической средой и презираемый ею, как «незаконный», не мог официально обучаться в Академии России. Зато он, благодаря Строганову, был воспитан и получил образование по законам мира искусств российской аристократии. Обучаясь в семье Строгановых вместе с «законным» братом Павлом, Андрей Никифорович рисует, проектирует, изучает французский, чтобы «изъясняться и писать». А еще надо было научиться «кланяться непринужденно».
Воронихин для учебных целей совершает поездки по России, делает многочисленные зарисовки памятников архитектуры, «набивает руку». Он путешествует не один, а со своим братом Павлом, а также умным и просвещенным воспитателем. Ни Андрею, ни Павлу не нужно было разгружать баржи для заработка на пропитание - кошелек А.С. Строганова был достаточно тугим.
В многочисленных поездках, переездах проходит одиннадцать лет. Если считать, что путешествия с учебной целью начались в 19 лет, то закончились они в 31 год - в возрасте зрелого мужчины. Не менее четырех лет А. Воронихин провел в Швейцарии и Франции, где им изучалась архитектура, механика, живопись.
Пример самообразования А.Н. Воронихина показывает, что главное - желание учиться и талант. А если нет таланта, то и желание учиться - уже половина дела. Но и пример большого зодчего более позднего периода - Ле Корбюзье - говорит о том, что стать знаменитым можно и без окончания Академии. В то же время, не менее талантливый архитектор В.И. Баженов, закончивший учебу в Академии художеств России, так и не стал ее профессором. Но его талант был оценен за рубежом - он стал профессором многих зарубежных Академий.
Но вернемся к архитектурной судьбе А. Воронихина. Получив хорошее самообразование в России и за рубежом, он в 1797 году представляет в Академию художеств акварель «Вид картинной галереи в Строгановском дворце» и живописную перспективную картину «Дача Строганова». Этих работ и ранее выполненных рисунков было достаточно для того, чтобы Академия художеств присудила А. Воронихину звание академика «перспективной живописи».
Тремя годами позже за проект симметричных парных павильонов - «колоннад» в Петергофе - А. Воронихин был удостоен звания архитектора, а в 1802 году он уже возглавляет класс Академии художеств в качестве профессора.
Таким образом, как утверждают исследователи творчества великих зодчих, А. Воронихин был внедрен в Академию как бы «сбоку», со стороны.

   Для того чтобы понять мотивы архитектурного стиля А. Воронихина, необходимо хотя бы мысленно «войти» в эпоху шестидесятых годов XVIII столетия. В это время в России произошла смена архитектурно-художественного стиля. русское барокко, которое довел до совершенства и изящества зодчий Ф.Б. Растрелли, было оттеснено более строгим классицизмом.

Русское барокко

   Русское барокко — общее название разновидностей стиля барокко, которые сформировались в Московском государстве и в Российской империи в конце XVII начале XVIII веков:
   Московское барокко (с 1680-х по 1700-е годы, ранее неточно называлось «нарышкинское барокко») — переходный период от узорочья к полноценному барокко с удержанием многих конструктивных элементов древнерусской архитектуры, переработанных под влиянием украинского барокко.
   Строгановское барокко — консервативно-провинциальный извод московского барокко, в котором выполнены четыре храма в Нижнем Новгороде и на Севере.
   Голицынское барокко — наиболее радикальное направление в недрах московского барокко, состоявшее в полном отрицании связи с древнерусской традицией.
   Петровское барокко (с 1700-х по 1720-е годы) — совокупность индивидуальных манер западноевропейских архитекторов, приглашённых Петром I для застройки новой столицы, Санкт-Петербурга.
   Елизаветинское барокко (c 1730-х по 1760-е годы) — гибрид петровского и московского барокко с североитальянскими привнесениями. Наиболее полно воплотился в грандиозных постройках Ф. Б. Растрелли.
   Для провинциального барокко на севере и востоке России характерны упрощённые формы и тенденция к живописному нагромождению последовательно уменьшающихся объёмов. А. Ю. Каптиков считает возможным говорить о существовании провинциальных школ барокко в Тотьме, Великом Устюге, Вятском крае, на Урале («походяшинские» церкви) и в Сибири. Большим своеобразием отличается сибирское барокко, сочетающее разработку заветов московского барокко с конструктивными заимствованиями из словаря украинского барокко и декоративными привнесениями с Востока.
   На западе Российской Федерации долгое время сохранялись памятники как польского барокко (костёл в Себеже 1625 г., Спасская церковь в Трубчевске 1640 г.), так и барокко казацкого, характерного для Слобожанщины (Казацкий собор в Стародубе 1678 г., Троицкий собор в Белгороде, трёхглавый собор в Севске). В настоящее время многие из них находятся в плачевном состоянии.
классицизм - образцовый стиль - характерен заимствованием форм, композиций и образов искусства античного мира и

Классицизм

   Главной чертой архитектуры классицизма было обращение к формам античного зодчества как к эталону гармонии, простоты, строгости, логической ясности и монументальности. Архитектуре классицизма в целом присуща регулярность планировки и четкость объемной формы. Основой архитектурного языка классицизма стал ордер, в пропорциях и формах близкий к античности. Для классицизма свойственны симметрично-осевые композиции, сдержанность декоративного убранства, регулярная система планировки городов.
   Эстетика классицизма благоприятствовала масштабным градостроительным проектам и приводила к упорядочиванию городской застройки в масштабах целых городов. В России практически все губернские и многие уездные города были перепланированы в соответствии с принципами классицистического рационализма. В подлинные музеи классицизма под открытым небом превратились такие города, как Санкт-Петербург, Хельсинки, Варшава, Дублин, Эдинбург и ряд других. На всём пространстве от Минусинска до Филадельфии господствовал единый архитектурный язык, восходящий к Палладио. Рядовая застройка осуществлялась в соответствии с альбомами типовых проектов.
   В период, последовавший за наполеоновскими войнами, классицизму приходилось уживаться с романтически окрашенной эклектикой, в частности с возвращением интереса к средневековью и модой на архитектурную неоготику. В связи с открытиями Шампольона набирают популярность египетские мотивы. Интерес к древнеримской архитектуре сменяется пиететом перед всем древнегреческим («неогрек»), особенно ярко проявившимся в Германии и в США. Немецкие архитекторы Лео фон Кленце и Карл Фридрих Шинкель застраивают, соответственно, Мюнхен и Берлин грандиозными музейными и прочими общественными зданиями в духе Парфенона. Во Франции чистота классицизма разбавляется свободными заимствованиями из архитектурного репертуара ренессанса и барокко.
эпохи возрождения. Конечно - это не просто заимствование, а новизна материалов, элементов композиции, современных пропорций. Классицизм можно определить по строгой осевой композиции, по применению ордерной системы и другим отличительным признакам.

Эпоха возрождения

   Возрождение, или Ренессанс (фр. Renaissance, итал. Rinascimento) — эпоха в истории культуры Европы, пришедшая на смену культуре Средних веков и предшествующая культуре нового времени. Примерные хронологические рамки эпохи — начало XIV— последняя четверть XVI веков.
   Отличительная черта эпохи Возрождения — светский характер культуры и её антропоцентризм (то есть интерес, в первую очередь, к человеку и его деятельности). Появляется интерес к античной культуре, происходит как бы её «возрождение» — так и появился термин.
   Главное, чем характеризуется эта эпоха в архитектуре — возвращение к принципам и формам античного, преимущественно римского искусства. Особенное значение в этом направлении придаётся симметрии, пропорции, геометрии и порядку составных частей, о чём наглядно свидетельствуют уцелевшие образцы римской архитектуры. Сложная пропорция средневековых зданий сменяется упорядоченным расположением колонн, пилястр и притолок, на смену несимметричным очертаниям приходит полукруг арки, полусфера купола, ниши, эдикулы. Наибольший вклад в развитие ренессансной архитектуры внесли пять мастеров:
   - Филиппо Брунеллески (1377—1446) — основоположник ренессансной архитектуры, разработал теорию перспективы и ордерную систему, вернул в строительную практику многие элементы античной архитектуры, создал первые за многие столетия купол (Флорентийского собора), до сих пор доминирующий в панораме Флоренции.
   - Леон Баттиста Альберти (1402-72) — крупнейший теоретик ренессансной архитектуры, создатель её целостной концепции, переосмыслил мотивы раннехристианских базилик времён Константина, в палаццо Ручеллаи создал новый тип городской резиденции с фасадом, обработанным рустом и расчленённым несколькими ярусами пилястр.
   - Донато Браманте (1444—1514) — зачинатель архитектуры Высокого Возрождения, мастер центрических композиций с идеально выверенными пропорциями; на смену графической сдержанности архитекторов кватроченто у него приходят тектоническая логика, пластичность деталей, цельность и ясность замысла (Темпьетто).
   - Микеланджело Буонаротти (1475—1564) — главный архитектор Позднего Возрождения, руководивший грандиозными строительными работами в папской столице; в его постройках пластическое начало выражается в динамичных констрастах как бы наплывающих масс, в величественной тектоничности, предвещающей искусство барокко (собор Святого Петра, лестница Лауренцианы).
   - Андреа Палладио (1508—1580) — родоначальник первой фазы классицизма, известной как палладианство; с учётом конкретных условий бесконечно варьировал различные сочетания ордерных элементов; сторонник открытой и гибкой ордерной архитектуры, которая служит гармоничным продолжением окружающей среды, природной или городской (Палладиевы виллы); работал в Венецианской республике.
   За пределами Италии итальянские влияния наслаивались на местные средневековые традиции, порождая национальные изводы ренессансного стиля.
Рассматриваемый период в архитектуре знаменит отставкой «оберархитектора» Растрелли. Это не только его личная и творческая трагедия, но и смена архитектурного направления, которое именитый зодчий прославил и возглавлял очень длительный период времени — около тридцати лет.
Российский классицизм отличался большим разнообразием, длительным периодом увлечения им - с 1760 по 1840 годы - и оригинальностью. Как и другие предшествующие стили, он переродился и, как утверждают историки, уступил место замысловатому стилю под названием «эклектический ретроспективизм». Оригинальным был не только «русский» классицизм, но и названия этапов его развития:
• ранний классицизм;
• строгий классицизм;
• высокий классицизм.
Названия этапам развития стиля были даны не случайно, и не ради оригинальности.
Если ранний классицизм в России прошел стадию поисков и формирований и еще сохранял отдельные черты барокко, то последующий этап был особенным. Это был период последовательного использования форм и приемов классической архитектуры древности, но использования творческого. При этом редко применялись декоративные средства художественной выразительности. Скульптурные украшения стали «обходить стороной», как протест напыщенному барокко.
А затем архитектуре необходимо было решать задачи, связанные с патриотическим подъемом периода Отечественной войны 1812 года и послевоенным подъемом строительства. Этот период так и стал называться - высокий классицизм.
Вот теперь наступила пора вернуться к шедеврам А.Н. Воронихина. Если бы не было этих работ зодчего, возможно, не было бы известно и его имя. А рассмотренные далее архитектурные памятники, как вы уже догадались, не могли быть выполнены в другом стиле, нежели классицизм.

   Две работы А. Воронихина - Казанский собор и Горный институт, принесшие славу зодчему, построены им в Петербурге.
Чтобы понять значимость этих работ и их влияние на настроение человека, необходимо представить город Петра с его реками, речками, каналами, островами и островками. Я уже не говорю о «белых ночах».
Нева, которую шведы когда-то называли «ню», что значит новая, вместе с ее притоками и каналами изрезала Петербург вдоль и поперек и образовала город «ста островов».
Острова носят поэтические и романтические и исторические названия — Васильевский, Петроградский, Адмиралтейский, Аптекарский, Крестовский, Петровский, Каменный, Елагин, Вольный.
Да и в названиях рек и каналов и поэзия, и ностальгия: Большая Нева, Малая Нева и Малая Невка, Фонтанка, Мойка.
Напоминать вам о том, что когда устремляемые ветрами воды Балтики «запирают» холодные потоки Невы, то начинаются знаменитые Петербургские наводнения, нет необходимости, потому что об этом знает каждый школьник.
Теперь, чтобы ознакомиться с одним из архитектурных зданий Воронихина, сядем в быстроходный лайнер на подводных крыльях и отправимся в путь со стороны моря.
Нет, пожалуй, быстроходный катер не позволит нам рассмотреть подробно детали сооружения и дать ему оценку. Сядем-ка в тихоходную вёсельную лодку, да не спеша погребем вдоль берега.
Сначала мимо нас медленно проплывут многочисленные вытянутые шеи портальных кранов, сложные механизмы, штабелированные складские запасы, припортовые постройки мелкого масштаба. И вот, открывая панораму знаменитого города на Неве, на нас наплывает великолепное здание с мощным портиком из двенадцати колонн. Это - горный институт, построенный по проекту А.Н. Воронихина в 1806-1811 годах.
Комплекс формировался перестроенными жилыми домами, получив новое звучание. Зодчий объединил существующие дома коридором, при этом создал не только функциональные связи, но и величественный фасад административного здания. Простым, но эффективным приемом архитектор добился главного - получил облик здания учебного заведения. Поставив на широкую парадную лестницу двенадцатиколонный портик дорического ордера, Воронихин просто и красиво решил сложную градостроительную задачу - «уловил» архитектурный масштаб.

Дорический ордер

   Дорический ордер — один из ордеров классической архитектуры. Различают греческий и римский дорический ордер. Последний имеет разновидности — римский с мутулами и римский с зубцами (дентикулами).
   Местом возникновения считаются берега Эгейского моря как с европейской, так и с азиатской стороны в VI веке до н. э.. Встречается в первых сооружениях Древней Греции и дорийских колониях. Лаконичный, мужественный, монументальный — во времена античности считался «мужским» ордером.
   Классическая дорическая колонна была без базы, с очень сильным утончением, украшена каннелюрами, заканчивалась капителью. В отличие от других ордеров, каннелюры примыкают друг к другу без дорожек между ними. В дорическом ордере каннелюры неглубокие, с острыми гранями. Обычное количество каннелюр в постройках классического периода — 16 — 20 штук. Капитель — верхняя часть колонны, на которую визуально ложится нагрузка расположенных выше несомых элементов. Отделяется от ствола колонны горизонтальными врезами гипотрахелиона, или шейки, таких врезов бывает от 1 до 4. Состоит из эхина — круглой подушки криволинейного профиля и квадратной абаки. Ниже эхина в греко-дорическом ордере колонну опоясывает небольшая бороздка, а в римско-дорическом — выпуклый профиль-ремешок. База есть только у колонн римско-дорического ордера, в остальных случаях колонна устанавливается непосредственно на стилобат.
   Архитрав дорического ордера гладкий, в некоторых вариантах римско-дорического ордера разделен на два уступа — фасции. Небольшой полочкой, называемой тения, архитрав отделяется от фриза, поверхность которого представляет чередование триглифов и метоп. Карниз поддерживается мутулами, реже — дентикулами. Под триглифами, а также на нижней поверхности мутул размещаются каплеобразные элементы — гутты.
   За единицу измерения элементов ордера принят модуль, равный половине диаметра колонны. Модуль дорического ордера, в свою очередь, делится на 12 парт (частей).
   Высота дорической колонны составляет, по Витрувию, 14 модулей (нижних радиусов колонны), а по Виньоле, и более поздним авторам, 16 модулей (это ближе к древнеримским образцам). Высота базы и капители (до опоясывающего ремешка) — по 1 модулю. Архитрав имеет высоту 1 модуль, фриз — 1,5 модуля. Насчет высоты карниза единства у авторов нет, она может составлять 1,5 модуля или менее. Ширина триглифов — 1 модуль, метоп — 1,5 модуля.
Портик здания Горного института еще сильнее выигрывает от того, что «крылья» комплекса, следуя береговой линии, отклонены назад.
Таким образом, двухэтажное здание Горного института стало заглавной буквой невского архитектурного алфавита.
Нельзя не отметить умелое использование скульптурных работ в архитектурном ансамбле. Талантливые скульпторы В.И. Демут-Малиновский и С.С. Пименов не уступили в мастерстве зодчему и создали скульптуры аллегорических образов античной мифологии, которые связаны с изучением недр земли, то есть с назначением института.
Одна скульптурная композиция изображает Плутона, похищающего Прозерпину. Другая - Геркулеса, отрывающего Антея от земли.
Посмотрев внимательно на прилагаемые иллюстрации, мы понимаем, что, даже создав только здание Горного института, Воронихин уже вписался в строй больших зодчих мира. Но он создал и более ценное для Петербурга и мира здание - Казанский собор.

   Вспомним, что это здание мог создать В.И. Баженов, которому император Павел поручил проект после многочисленных взлетов и падений. Но удары судьбы сделали свое дело - талантливый мастер не смог блеснуть мастерством и ушел из жизни, не создав, наверное, и десятой доли того, на что он был способен. Но об этом таланте - отдельный рассказ и нет надобности повторять его.
Проект Казанского собора выбирался на конкурсной основе. Именитые архитекторы Тома де Томон, Чарлз Камерон, Пьетро Гонзаго и Андрей Воронихин решали сложную архитектурную задачу - формирование здания, главный вход в которое не с главной магистрали - Невского проспекта, а с боковой улицы.
И опять придется немного отвлечься от темы Казанского собора и представить себе Невскую магистраль, сформированную многими выдающимися зодчими на протяжении столетий.
Если начать свой путь от замечательного Адмиралтейства, спроектированного Адрианом Дмитриевичем Захаровым, проспект не покажется слишком привлекательным. Улица как улица, не очень широкая и не очень узкая, не очень красивая, но и не плохая. Но вот за Мойкой Невский проспект становится шире, здания разнообразнее, архитектурно привлекательнее. А далее - открывается небольшая красивая площадь, которую «обнимает» стройная колоннада Казанского собора.
Нам кажется, что эта колоннада напоминает какой-то уже всемирно известный архитектурный шедевр. Начинаем перебирать памятники, начиная от Древнего Египта и Греции, Древнего и не очень древнего Рима... Стоп. Нам подсказывают знатоки - может быть, есть что-то общее с колоннадой Бернини, которая формирует площадь перед собором святого Петра в Риме? Что-то общее есть, но на этом «что-то» общее начинается и заканчивается. Там - колоннада замыкает центр громадной площади. Здесь - два крыла колонн, формируя уютную площадь, любовно касаются транзитного главного проспекта Петербурга.
Общее для этих архитектурных решений одно — их создавали талантливые зодчие. Архитектор Бернини уже после построенного другими мастерами собора великолепно решил «не решаемую» задачу. Организовав перед громадным зданием большую площадь для нормального восприятия собора, зодчий невольно удалил зрителя и центр площади на значительное расстояние. Но зато другим оригинальным приемом Бернини зрительно, заметьте - зрительно, приблизил человека к нему, то есть к шедевру. Прием этот заключается в создании «обратной перспективы» направляющей к собору колоннады. Зрительно кажется, что ты стоишь рядом с великолепным памятником, и при этом он не подавляет тебя своими гигантскими размерами, особенно размерами купола. Просто и гениально.
- Я бы тоже так смог, - первое, что приходит в нашу «умную» голову.
Сейчас мы запросто могли бы изобрести и колесо, и даже велосипед. Но говорят, колеса сначала были квадратными, пока кому-то не пришла в «глупую» голову светлая мысль - обрубить острые углы.
И если мы такие изобретательные, то почему бы нам давным-давно не придумать перелетные квартиры-особняки? Идея таковы - индивидуальный коттедж дирижабельной конструкции с баллонами-отсеками, наполненными легким газом. Парящие над землей жилые квартиры. Заякорился, например, в Бельгии, а когда надоело жить на одном месте, перелетел вместе со своим домом в Швейцарию. Разгрузится железная дорога, расширятся интеграционные связи. Правда, при этом возрастет нагрузка на авиа-диспетчерскую службу - потребуются воздушные коридоры для индивидуальных авиадомов.
- Ну, как идея? Скажете, что и вам такая тоже приходила в голову?!

   Но нам нужно вернуться к проекту Казанского собора и к его автору - А.Н. Воронихину. Какое же изобретательство проявил зодчий? Следите внимательно за ходом его мыслей. Строгая ориентация алтаря собора на восток сразу же безоговорочно определяет основную композиционную ось: восток-запад. Но в этом же направлении «течёт» и Невский проспект. Выход один - поставить храм посредине Невского проспекта, организовать с него главный вход, а проспект направить в обход собора. Но за такое решение могут сразу отправить в дом умалишенных, а туда еще идти рано. А что если в удаленный от проспекта собор «пригласить» посетителей архитектурным строением, а не указательным знаком?
Именно так и поступил талантливый зодчий. Он выполнил пригласительное полукружие в виде четырехрядной колоннады, на оси которой поставил глубокий шестиколонный портик с фронтоном. Над портиком божественно выполнен световой тамбур, окруженный полуколоннами коринфского ордера. Завершает композицию величественный купол с круглыми световыми проемами у основания.

Коринфский ордер

   Коринфский ордер — один из трёх греческих архитектурных ордеров. Представляет вариант ионического ордера, более насыщенный декором. Характерной особенностью этого ордера является колоколообразная капитель, покрытая стилизованными листьями аканта.
   Витрувий сообщает, что этот ордер был изобретён скульптором Каллимахом во 2-й половине V века до н.э.
Почти стоколонные крылья, которые направлены на Невскую магистраль, завершаются проездными пропилеями. Оси пропилей являются продолжением осей улицы Рождественской (Плеханова) и набережной Екатерининского (Грибоедова) канала.
Зодчий планировал симметричную дугообразную колоннаду и по другую сторону оси собора, но не успел ее построить. Но, как обычно говорят: «Никто этого не заметил!»
Главный фасад, выходящий на Рождественскую улицу, потребовал также большого умения, такта и профессионализма. Его формирует шестиколонный двухрядный портик и дугообразная площадь. Площадь охвачена сквозной узорчатой оградой. Чугунные ограды Петербурга - это северные песни кованных и литых оград. Но эти песни мы споем в другой раз.
Характерно, что и в этом комплексе, как и в Горном институте, достигнуто единство архитектуры и скульптуры или, как мы любим говорить - синтез. Правда, этот синтез был осуществлен в 1832-1837 годах уже после смерти зодчего. В эти годы скульптор Б.И. Орловский и архитектор В.П. Стасов установили перед пропилеями памятники М.И.Кутузову и М.Б. Барклаю де Толли. Они еще сильнее подчеркнули патриотическое предназначение ансамбля.

   Композиционно здание Казанского собора решено как трехнефная базилика. Венчает собор купол на средокрестии. Купол вознесся на высоту семидесяти метров, внешний диаметр его не очень впечатлительный - 17,7 метра. Но...
Прежде, чем рассказать об этом «но», вспомним, что Андрей Воронихин долгое время изучал в России и за границей не только архитектуру, но и смежные науки, без которых стать знаменитым зодчим трудно, а может быть и невозможно.
Научные познания Воронихин применил при проектировании купола собора. Историки утверждают, что это первая значительная пространственная система в России. Купол решен, как тройная оболочка. В нижней оболочке имеется зенитный проем диаметров 6,7 метра. Через этот проем видна сфера второго купола и живописная роспись на нем. Освещение сводной росписи осуществляется через периметральные люкарны. И вот верхняя оболочка, которая формирует силуэт собора. В ней-то впервые в истории строительства применено техническое новшество: на радиальные ребра из ковкого железа опирается медная листовая оболочка.
Вы обратили внимание на конструкцию из ковкого железа? Вот эта конструкция, как и сам ее автор, вызвали враждебное отношение стареющего Старова (извините за каламбур), который контролировал стройку. И строительная комиссия собора, пока не умер Е.И. Старов, не включала Воронихина в число своих членов. Члены комиссии тоже считали автора Казанского собора художником, а не мастером-строителем.
- А как считаете вы, можно ли доверять авторам проекта осуществлять авторский надзор?
Вернувшись немного назад, мы должны признать, что синтез архитектуры и скульптуры был осуществлен не только после смерти автора. Нужно отметить, что в комплексе Казанского собора нашли обширное применение скульптуры, барельефы и росписи. В нишах по обе стороны от северных дверей установлены бронзовые скульптуры Александра Невского и св. Владимира, Иоанна Крестителя и Андрея Первозванного. Их ваяли знаменитые скульпторы С.С. Пименов, И.П. Мартос и В.И.Демут-Малиновский. На аттиках над проездами скульптором Ф.Г. Гордеевым выполнены барельефы. А если перечислить всех мастеров, создавших прекрасный солнечный интерьер, то предстанет список талантливых художников и скульпторов, подаривших потомкам чудо. Вот они: Ф.Ф. Щедрин, Ж.Д. Рашетт, B.J1. Боровиковский, В.К. Шебуев, О.А. Кипренский, А.Е. Егоров, А.И. Иванов, Г.И. Угрюмов и другие.

   Нельзя обойти стороной и материал, используемый при строительстве собора. Талантливые зодчие давно поняли, что оставить после себя память можно, если строить из «вечного» материала. В этом памятнике-здании фасад облицован пудостским камнем и колонны и балюстрады выполнены также из этого камня. Широкое использование пудостского камня было не правилом, а исключением для строительства в Петербурге. А история его применения начинается с Гатчинского дворца.

Пудостский камень

   Пудостский камень (устар. пудожский) — известковый туф, залежи которого образовались, видимо, на месте небольшого озера около посёлка Пудость Гатчинского района Ленинградской области.
   Не следует путать пудостский камень с гранитом, добываемым в городе Пудож в Карелии (Пудожский гранит).
   Пудостский камень часто называют известняком, что неверно, а также путают с другими похожими породами, добываемыми в Гатчинском районе, например с парицким или черницким камнем.
   Пудостский камень обладает небольшой объемной массой, пористостью, морозостойкостью, а также легко обрабатывается, поэтому использовался для декоративных работ — облицовки стен, изготовления скульптур. Имеет интересные свойства, которых нет у других отделочных материалов — меняет цвет в зависимости от освещения и погоды, принимая различные оттенки серого и желтовато-серого цвета. Имеет пористую структуру, чем-то напоминающую структуру пемзы, отчего при использовании в облицовке придает зданию благородный «старинный» вид.
   Запасы камня в пудостских каменоломнях были довольно невелики, поэтому к концу XIX века запасы его оказались почти полностью исчерпанными. Однако ещё в 1920-х годах этот камень использовался при реставрации скульптур Ростральных колонн.
   В дальнейшем в месторождении добывался щебень, в результате чего было утрачено много качественного материала. Это сильно сказалось при проведении реставрационных работ зданий из пудостского камня, приходилось подбирать другие материалы, похожие по цвету и свойствам.
Смог ли такой короткий анализ авторской работы А.Н. Воронихина убедить нас в том, что ансамбль Казанского собора - это явление в градостроительстве, архитектуре и инженерном деле? Если не смог, то может быть иллюстрации творений зодчего помогут раскрыть его талант.
Известно, что большой мастер виден не только в крупных работах, но также и в небольших и даже совсем маленьких произведениях. Есть такие работы и у А. Воронихина. Он, как и многие выдающиеся зодчие, принял участие в проектировании садово-парковых сооружений.
Нужно отметить, что парки и сады с искусственными водохранилищами, бассейнами, фонтанами и архитектурно-скульптурными сооружениями очень любили императоры и императрицы России. И это очень хорошо, потому что благодаря этой любви в России созданы и до сих пор сохранены многочисленные загородные дворцово-парковые ансамбли. В Петергофском ансамбле, например, заключена такая красотища, что не верится, что она создана человеком. В Павловском парке всё поражает своей земной естественностью.
Именно в Павловском парке А. Воронихин создал выразительные павильоны и мосты с романтическими названиями - мост у Пиль-башни, Висконтиев мост. Правда, не все постройки сохранены до наших дней, но остались чертежи и эскизы.
Андрей Никифорович был также и искусным «интерьерщиком». Сейчас мы его назвали бы большим дизайнером. Из прекрасно оформленных им интерьеров особенно примечательны Картинная галерея и Минеральный кабинет Строгановского дворца на Невском проспекте. Правда, проектировал и строил этот дворец великий мастер русского барокко - Ф.Б. Растрелли. Но это не снижает ценности работ Воронихина.
Если хотите, то Воронихин также и реставратор. Помните пожар в Павловском дворце? Так вот, после этого пожара А.Н. Воронихин в 1803-1807 годах участвовал в восстановлении этого дворца. Особенно поражает красота реконструированного им элегантного кабинета-библиотеки с эркером или «фонариком» - так называют этот эркер. И здесь Воронихин поработал вместе с уже известным нам скульптором В.И. Демут-Малиновским. И здесь, как дизайнер, Андрей Никифорович рисует предметы прикладного искусства - вазы, настольные украшения. По этим рисункам и эскизам созданы многочисленные бесценные «безделушки» и ценные поделки.

   А теперь наступило, пожалуй, время пофилософствовать на тему: «повезло-неповезло».
Повезло или нет Воронихину, что он все детство и юность считался крепостным? Повезло ему или нет, что не стал хорошим конюхом или кузнецом? А если бы он пошел в царскую армию лет на 25, возможно, он стал бы отличным капралом?
Пошло ли на пользу самообразование Воронихина, был бы он гениальнее, если бы учился в Академии художеств?
На эти вопросы никто не может дать ответа.
Но в одном ему повезло однозначно - в «выборе» графа А.С. Строганова. Это - и возможность вращаться в кругу образованных и знатных людей, и возможность изучать книги огромной графской библиотеки, и многое другое, недоступное не только крепостным, но и свободным талантливым юношам. Этот «престарелый Нестор искусств», как по-дружески тепло называл Строганова поэт Батюшков, создал настоящие творческие условия в Академии художеств, которую граф возглавлял как президент с 1800 по 1811 год.
Талантливые скульпторы, зодчие, поэты, композиторы общались с президентом Академии. Это - и все соавторы по синтезу скульптуры и живописи во всех архитектурных произведениях А.Н. Воронихина, это и великие зодчие Захаров, Михайлов, это и Державин, Фонвизин, Крылов.
Крылья таланта этих людей касались и А.Н. Воронихина, а он, в свою очередь, отдавал им часть своего таланта и мастерства. А если учесть, что его произведения вечны, то Воронихин щедрый и по отношению к нам.
Вот стоит он Большой - вровень с куполом Казанского собора - впереди своего детища лицом к Невскому проспекту. Но вместо улицы почему-то широкий разлив Камы, а площадь заполнена так, что не только яблоку негде упасть, но и мелкая монета не упадет к ногам. Лица расплывчаты, но можно определить - там Матвей Казаков вместе с Адрианом Захаровым, а рядом кузнец Никифор и плотник Савва. Красивые крестьянки, все на одно лицо, где-то среди них - мама - но где она? Голоса смешались в общий гул, но вдруг четко, как в рупор, голос воспитателя - Жильбера Ромма:
- Прощайте, мой дорогой Андрей Никифорович, продолжайте везде оставаться самим собой, и вы будете всегда наслаждаться счастьем, вы заставите им наслаждаться ваших искренних друзей.



Продолжение книги:  <Предыдующая глава  [1]  [2]  [3]  [4]  [5]  [6]  [7]  [8]  [9]  [10]  Следующая глава >
Для отображения блока требуется Flash Player

ПЕРЕЙТИ В НАЧАЛО СТРАНИЦЫ

© www.moidom.zp.ua (2002-2015)
При перепечатке или использовании материалов с настоящего ресурса ссылка на сайт www.moidom.zp.ua обязательна!

Разработка и продвижение сайта: креатив-студия "Zаffсегда продакшн".