Частное Предприятие «Научно-Производственная Фирма «Мой Дом»
   Украина, г. Запорожье;      Zaporozhye, Ukraine.
   Адрес для корреспонденций: 69032, ул. Верхняя. д. 10, кв. 29.
   Тел / tel: +38 (061) 220-1-555;      Факс / fax: +38 (0612) 32-54-84.
   Электронная почта / E-mail: mail@moidom.zp.ua      Веб-адрес / Web: www.moidom.zp.ua
Вы находитесь здесь: ГалереяГлава 1 | Глава 2 | Глава 3 | Глава 4 | Глава 5| Егоров Ю.П. - Книга "Философия архитектуры" - Книга 1 - Глава 6 | Глава 7| Глава 8| Глава 9| Глава 10





СОДЕРЖАНИЕ:

ПРОЛОГ ОТ АВТОРА - О ЖИЗНИ, И О ЗОДЧЕСТВЕ

1. ИКТИН ИЗ АФИН
(рассказ о зодчем Иктине)

2. ЗОРЯН И БУНЯ
(рассказ о зодчих Русского Севера)

3. ПРОФЕССОР ЗАРУБЕЖНЫХ АКАДЕМИЙ
(рассказ о зодчем В.И. Баженове)

4. РАСКРЕПОЩЕННЫЙ ЗОДЧИЙ
(рассказ о зодчем А.Н. Воронихине)

5. РУССКИЙ ФРАНЦУЗ
(рассказ о зодчем О. Монферране)

6. ПУЛЯ-ДУРА
(рассказ о зодчем А. Сант'Элиа)

7. ЦВЕТНЫЕ СНЫ КОРБЮ
(рассказ о зодчем Лe Корбюзье)

8. НЕНАПИСАННАЯ АВТОБИОГРАФИЯ
(рассказ о зодчем И. Леонидове)

9. ПЕРВЫЙ В АЛФАВИТЕ И АРХИТЕКТУРЕ
(рассказ о зодчем А. Аалто)

10. АРХИТЕКТОР-СКУЛЬПТОР
(рассказ о зодчем Э. Сааринене)




ПУЛЯ-ДУРА

Продолжим наши философские беседы.
Чтоб видеть далеко, не надо быть колоссом.
Чтобы увидеть нам чуть-чуть подальше носа,
На плечи встать гиганту можно,
И это сделать нам несложно.
А сверху – всё виднее дальше, чем колоссу.
Я объясню вам проще суть вопроса:
В архитектуре, как в любых других науках,
Накоплен опыт, что рождался в муках.
Сейчас нет проще – чтобы опыт изучить,
Достаточно компьютер нам включить.
А далее – дерзай, твори и пробуй!
Сейчас все грамотные мы,
И каждый школьник с детства знает,
А кто не знает, тот узнает,
Что зданию фундаменты нужны.
И хорошо, когда они прочны –
Тогда на них построить можно
Любую чушь, хоть это очень сложно.



   ЕСЛИ БЫ пуля была умной, или хотя бы нормальной, разве она позволила бы себе прикоснуться, а тем более оборвать жизнь двадцативосьмилетнего итальянского архитектора Антонио Сант'Элиа?
Убийство любого человека - преступление, а если этот человек еще и талантлив, то это больше, чем преступление.
Но для того чтобы убедиться, что Антони Сант'Элио был талантливым зодчим, необходимо набраться терпения и дочитать этот небольшой рассказ до конца.
Начнем с девятнадцатого века, который историки считают временем упадка итальянской архитектуры. Но возможно они не совсем правы
- после великолепных архитектурных шедевров Рима любой спад может показаться упадком.
Конечно, справедливая борьба за независимость Италии, тем не менее, не способствовала процветанию архитектуры. Даже во время народно-освободительной войны, хотя она и поддерживается демократическими силами, архитектурные памятники разрушаются, а не строятся.
Может быть, период времени в Италии до 1870 года лучше назвать «архитектурной передышкой» или «архитектурной консервацией»?
Но название периода для нас не так принципиально. Очень важным должен быть исторический год 1870 - окончательное объединение Италии и 1871 год, когда столицей объединенного Итальянского королевства становится Рим.
Да, тот самый Рим, который мы помним еще как Древний.
За тридцать лет столица пережила период урбанизации, как принято сейчас говорить «умным» языком. Население Рима выросло более чем в два раза, а районов стало аж четырнадцать.
Вы спросите, а при чем здесь зодчий Антонио Сант'Элиа? Ведь он только еще родился в 1888 году (обратите внимание, цифры очень легко запоминаются - для экзамена по «истории архитектуры»).
В том то и дело, что он еще не успел родиться, а уже в 1873 году был разработан генеральный план развития Рима. Естественно, без участия Антонио Сант'Элиа. Идея генплана - сохранение старого ядра города и расширение его по радиально-кольцевой схеме развития.
Как и в любом большом новом деле, так же, как и при рубке леса - летят щепки. Вот некоторые из этих «щепок»: древняя вилла Боргезе и Савойя - сооружения времен императора Аврелиана (II век новой эры).
Опомнились в 1908 году, когда нашему герою было уже 20 лет. Разработали новый генеральный план Рима, в котором не только сохранялись исторические архитектурные сооружения, но и восстанавливались разрушенные.

   Двадцатилетний Антонио Сант'Элиа уже сознательно принимал участие в обсуждении этих планов. И не только планов.
Активную критику молодых зодчих вызвало сооружение в 1911 году архитектурно-скульптурного комплекса в честь короля объединенной Италии - Виктора Эммануила II. Авторы: архитектор Д. Саккони и скульптор Е. Маканьяни.
Молодежи, и не только ей, не нравилось сооружение из-за смешения архитектурных стилей, из-за строгой сухости, из-за отсутствия новых идей.
Но мы знаем, что активная творческая молодежь зачастую отрицает старые стили и направления для того, чтобы самоутвердиться. И не каждый на этом этапе выдвигает новые идеи, как например, Корбюзье. Вспомним его «отправные точки» в архитектуре:
- Долой стены, долой крыши!
Хорошо, что это было не в прямом, а в переносном смысле:
- Ленточное остекление, навесные панели, плоские эксплуатируемые кровли!
Как вы уже догадались, группа зодчих во главе с Антонио Сант'Элиа тоже должна была взбудоражить архитектурную гладь. Хотя архитектура Италии конца XIX - начала XX веков была не такой уже тихой и гладкой.
Она уже плыла по реке с названием «Итальянское Либерти». Это разновидность стиля модерн подражательного направления. Но несмотря на то, что Итальянское Либерти не было органическим и постоянным направлением в архитектуре, заслуга сторонников этого стиля состояла в том, что они отказались от традиционной архаики. А это - отказ от застывшей мысли и утверждение нового, живого взгляда и творческого направления.
И опять мы должны сказать, что Антони Сант'Элиа не был сторонником итальянского модерна - Либерти.
- Хватит ходить вокруг, да около! - взорветесь вы, - какое же движение в архитектуре возглавлял Антонио Сант'Элиа?
- «Новая футуристическая архитектура», «Революционная архитектура будущего» — такие названия можно дать молодежному архитектурному движению первых десятилетий двадцатого века Италии.
Основные положения футуризма были сформулированы в «Манифесте футуристической архитектуры» в 1914 году.
Стараясь не пересказывать «Манифест», попробуем вместе обозначить вехи, которые должны вести в будущее:
• Разрыв с прошлой декоративной архитектурой и украшательством в Зодчестве.
• Прославление машины как символа новой красоты.
• Отображение в архитектуре только черт современности и будущего.
• Использование в архитектуре динамики и быстроты - современного темпа жизни.
• Проектирование зданий «необыкновенно безобразных по своей конструктивной простоте».
• Применение конструкций из железобетона, стекла и стали, «долой - дерево, кирпич».
Вместе с этими принципами развития современной архитектуры Манифест Сант'Элиа выступал против декоративизма модерна. В нем есть и функциональные призывы:
• Создать «здоровый план дома».
• Решить организацию пространства в современных условиях.
• Решить на современном уровне бытовые вопросы.

   Архитектурный нигилизм незлобно, но резко кричал со страниц Манифеста:
- «Наша архитектура не может быть подчинена никакому закону исторической преемственности. Вместо чувства монументальности, тяжеловесности, статичности мы дадим чувство легкости, практичности, эфемерности, скорости».
Но, как мы уже убедились на примерах многих именитых зодчих, отрицание предшествующей архитектуры, - это только первый этап революционных преобразований. Последующий — это предложение новых идей, преобразований, «диковинок».
Предлагал ли Сант'Элиа новинки?
Конечно, предлагал. Достаточно посмотреть на его проект «Города будущего», чтобы убедиться в этом.
Поражает в комплексе сложный механизм взаимодействия жилой и административной застройки, торговых и общественных центров. Многочисленные галереи, пандусы, лестницы, лифты и пешеходные тротуары увязывают все перечисленные выше группы зданий и сооружений между собой в единый агрегат, именно - агрегат.
Представьте себя, если сможете, трудолюбивым муравьем, который гуляет по современному двигателю-агрегату сложной машины.
Вот так же чувствовал себя человек в «Городе будущего». Кругом урчание и шум бегущих в разные стороны по дорогам в нескольких уровнях машин, но пешеход изолирован от этих дорог. Кстати, пешеходов почти не видно. Это - или туристы, или - владельцы авто, направляющиеся от места парковки автомобиля или к нему. Или - бедные эмигранты из слаборазвитых стран.
Впечатление такое что, кажется, весь город едет, летит мимо нас. Учтите, что мы тоже скользим по этим улицам с номерами по указателям и стрелкам.
Вот это скоростное движение сразу в нескольких направлениях прельщает молодых. А мы-то с вами уже наездились, нам уже может быть по пятьдесят - пора остановиться и заглянуть в какое-нибудь здание. Стоп...

   С трудом находим место для парковки своего автомобиля, показываем автомату-счетчику свою визитку и выходим на тротуар. Из многочисленных стрелок-указателей и стрелочек выбираем направление: Выставка «Новые традиции». А вот и еще одна новинка - движущийся тротуар. Он построен не для обленившихся пешеходов, а для того, чтобы они не сбились с курса.
Тротуар привез нас к вестибюлю высотного здания, или небоскреба, как принято сейчас говорить. Правда, американцы утверждают, что небоскреб - здание, так же, как и небоскреб - слово придумали они. Не будем с этим спорить. Все новое кем-то придумывается или открывается. И сама Америка была когда-то открыта Колумбом, который даже не знал, что он её открыл. А другой мореплаватель, Америго Веспуччи, хотя и не открыл, но назвал это неоткрытое им - Америкой.
Но вернемся в вестибюль небоскреба «Города будущего» и сядем, а вернее встанем, в скоростной лифт, который за несколько секунд домчит нас на девяносто девятый этаж, где развернута экспозиция Выставки.
Позволим себе опять небольшое отвлечение с целью поговорить о лифтах в небоскребах. Многие исследователи, небезосновательно, утверждают, что строительство домов-небоскребов долгое время сдерживалось отсутствием надежных лифтов для быстрого вертикального подъема и спуска. В таких зданиях лестница служит лишь для экстремальных случаев - для эвакуации людей из зданий.
И вот мы, благодаря достижению века, «взлетаем» на экспозиционный этаж. Около планшетов вместе с ошеломленными зрителями затерялись Антонио Сант'Элиа, Марио Кьяттони, Вирджилио Марки.
Комментировать проект нет необходимости - все зафиксировано в динамичных, броских, профессиональных эскизах, набросках, рисунках, чертежах и перспективах.
Для тех, кто слегка задумался, на столиках лежат каталоги Выставки. Вот некоторые выдержки из них:
- «В новой архитектуре все должно быть революционизировано. Она должна быть обновленной, как душевное состояние молодого поколения; тогда возникнут другие формы города для человека, свободного от традиций и рутины».
Или другие революционные тезисы:
- «Нужно вымести все уже использованные сюжеты, чтобы выразить нашу вихревую жизнь стали, гордости, лихорадки и быстроты».
Вы находите эти лозунги слишком категоричными? Но нужно сделать скидку на молодость, на итальянский темперамент.
Но главное, может быть в том, что Сант'Элиа чувствовал скоротечность своей жизни. Он стремился быстрее реализовать себя, свой талант. Времени на эволюционные преобразования архитектуры у него не было - оставался только революционный путь.

   На этом пути стремительного преобразования архитектуры на первое место выступают образные задачи зодчества, оттесняя на второй план функцию. И, исключая украшательство, Сант'Элиа провозглашал:
- «Архитектура не будет сухой комбинацией практичности и утилитарности, а останется искусством. Украшательство, как нечто навязанное архитектуре, является абсурдом».
Творчество Антонио Сант'Элиа внешне имело мало общего с рационализмом в архитектуре Германии, Австрии. Его творчество, как кошка, «гуляло само по себе». Но многие утверждения и позиции зодчего совпадали с принципами рационалистической архитектуры. Тем не менее, как мы уже отметили, функциональные вопросы у него не выпячивались впереди красоты и формообразования.
Немногочисленное графическое творческое наследие Сант'Элиа оказало большое влияние на развитие архитектуры в США, России и других странах.
В Российском конструктивизме - в работах И. Леонидова - есть много общих принципиальных архитектурных позиций:
• Отказ от украшательства.
• Откровенное выявление тектоники зданий.
• Новизна архитектурных решений.
А если вспомнить архитектурные работы Ээро Сааринена, насыщенные пластикой, динамикой и криволинейными объемами, то мы не сразу найдем в них что-либо общее с Сант'Элиа, а вернее, совсем не найдем.
Но внимательно прочитайте следующие тезисы зодчего-футуриста:
- «Кривые и эллиптические линии динамичны в силу самой своей природы и обладают силой эмоционального воздействия, в тысячу раз превышающей силу горизонтальных и перпендикулярных линий».
Складывается такое впечатление, что Ээро Сааринен, прочитав эти тезисы Сант'Элиа, стал проектировать свои знаменитые аэровокзалы, словно бы проверяя на практике теоретические утверждения силы кривых линий.
Но еще раз позвольте заметить, что в иллюстрациях «Города будущего» больше конструктивизма, рационализма, чем архитектурной пластики. Но при этом, безусловно, новые формы, объемы и динамики поражают свежестью мысли и творческой фантазией.
А теперь немного архитектурной фантазии на тему: «что такое хорошо и что такое - плохо».
В условиях демографического взрыва и бурного развития крупных городов появление домов-башен, которые экономят площадь застройки - это очень хорошо!
Но увеличение плотности застройки приводит к сокращению парковых зон, скверов и сквериков - это очень плохо.

   Проектирование небоскребов позволяет экономить не только площадь застройки, но также сократить расходы на сантехнические коммуникации, типовое оборудование и эксплуатацию - это тоже неплохо!
Но комфорт жилых помещений тоже получается типовым, человек отрывается от природы, становится пчелой в сотовом улье или, если желаете, муравьем в муравейнике - это плохо.
В городе футуристов настоящая симфония транспортных развязок в нескольких уровнях, система пандусов, эскалаторов, движущихся тротуаров - это тоже хорошо!
Но плохо то, что пеший житель города чувствует себя второсортным, оттесненным на обочину в прямом и переносном смысле - он должен дышать выхлопными газами пролетающих мимо машин и затыкать уши, чтобы не слушать этот сплошной шум современного города.
Хорошо с высоты девяносто девятого этажа обозревать панораму большого города - это даже лучше, чем телевизионные программы.
Но не совсем хорошо чувствовать, что дом слегка покачивается - и это чувство внутри вас, оно беспокоит и тревожит.
Мы не говорим уже о мелочах. Например, о том, какие сложности возникают у хозяев домашних животных, живущих вместе с ними на девяностых этажах.
Если остановиться на этом и проанализировать вышесказанное, а точнее - вышенаписанное, то станет ясно, что все плохое направлено против человека - хозяина небоскребов. А это - вдвойне плохо!
Чуть позже люди убедились, что лучше жить в загородном коттедже, а на работу ездить по скоростным магистралям, ведущим в «монстр-мегаполис».
Идеи Сант'Элиа стали трансформироваться в более современные схемы. В городе-машине оставлены только небоскребы административно-общественной функции. Точечные высотные здания поставлены достаточно разрежено - между ними большие оазисы природы с зеленью, фонтанами, бассейнами, парками, скверами, зонами отдыха. Конечно, не забыты и другие функциональные блоки города - торговые центры, автостоянки, зрелищные комплексы.
Жилая или, как ее называют профессионалы, селитебная застройка вынесена за шумную небоскребную часть города.
Промышленная застройка с ее специфическими особенностями также вынесена за городскую селитебную часть. И только некоторые производства размещены или на периферийной части или внутри города, если они не наносят экологического вреда ее жителям.
Все основные городские блоки - вокзалы, деловая часть города, промышленная застройка, селитебная часть - связаны скоростными магистралями с пересечением их в разных уровнях.
«Города будущего» дали толчок к проектированию «Лучезарных городов» с более детальными комплексными проработками, «Городов-садов», в которых небоскребы утопают в зелени парков и садов и «Солнечных городов», но это будет чуть позже.

   Многие проекты таких привлекательных городов остались лишь на бумаге. Правда, бумага натянута на планшеты - сразу видно, что работал зодчий. Но этот «бумажный эффект» оказал влияние на строительство новых и реконструкцию старых городов. А если результат этих эскизов еще не виден, он обязательно скажется в будущем.
И вот здесь уместно сказать, возможно, о главном и трагическом в творчестве Антонио Сант'Элиа: ни одна его проектная работа не была осуществлена.
- Почему? - спросите вы.
Для того чтобы получить ответ, достаточно прочитать первые строчки данного рассказа, а вернее, его название.
А нам, чтобы закончить этот короткий рассказ о большом зодчем, нужно снова вернуться в Рим. Вернуться в Рим для того, чтобы вспомнить, что это не только столица Италии, а еще и архитектурно-художественный музей, создаваемый веками.
Нет надобности напоминать вам о том, как много значат для всего мира Пантеон или Театр Флавиев. Правда, этот театр в народе более известен как Колизей.
Не нужно быть большим знатоком географии и истории, чтобы вспомнить, какую жизненную силу и красоту дает Риму знаменитая река Тибр.
А для любителей туристского купания в теплом море добавим - оно, это теплое море, всего в двух десятках километров от столицы Италии.
Как хорошо, что на рубеже XXI века в Риме рядом с новыми архитектурными памятниками сохранены и старые, и древние.
Кстати, о римских цифрах. XXI - означает «двадцать один». И эти цифры придумали древние римляне. У них: Х=10, С=100, М=1000. Натуральные числа записываются с помощью этих римских цифр. При этом если большая цифра стоит впереди маленькой, то они складываются, и наоборот. Например, VI=5+1=6, a IV=5-1=4. А вот такая странная запись XL означает 50-10=40. Математики утверждают, что арифметические действия над многозначными числами в этой записи затруднены, а потому эта система чисел в наше время не применяется.

   Но вернемся в Рим на рубеже XXI века. Внимательно посмотрим на новые великолепные здания, построенные без участия Сант'Элиа, и выразим сожаление, что ему не пришлось украсить древний город и своими архитектурными работами.
А не пришлось потому, что в самом начале XX века, когда Сант'Элиа только еще собирался жить, строить и любить, разразилась Первая мировая война.
Виновниками Первой мировой войны историки считают в первую очередь два антагонистических союза - «Тройственный союз» и Антанту. Антанта была представлена Англией, Францией и Россией. А «Тройственный союз» с 1915 года перестал быть таковым, а стал уже «двойственным», правда, ненадолго. От этого союза «откололась» Италия и перешла на сторону Антанты.
Зато на сторону оставшегося «двойственного» союза перешли другие государства.
И началось... И закрутилось... Да так круто, что в эту круговерть смерти постепенно было вовлечено 33 страны. Численность действующих армий превысила 29 миллионов военных, а мобилизованных было более 70 миллионов человек.
Италия вступила в войну 23 мая 1915 года,
И надо же было такому случиться, что из 29 миллионов воюющих пуля выбрала одного - Антонио Сант'Элиа.


Продолжение книги:  <Предыдующая глава  [1]  [2]  [3]  [4]  [5]  [6]  [7]  [8]  [9]  [10]  Следующая глава >
Для отображения блока требуется Flash Player

ПЕРЕЙТИ В НАЧАЛО СТРАНИЦЫ

© www.moidom.zp.ua (2002-2015)
При перепечатке или использовании материалов с настоящего ресурса ссылка на сайт www.moidom.zp.ua обязательна!

Разработка и продвижение сайта: креатив-студия "Zаffсегда продакшн".